Нет, все-таки есть в журналистике нечто от мазохизма. Это когда стави?ь перед собой почти неразре?имую задачу и с упертостью носорога начинае?ь над ней трудиться, вместо того чтобы всю очевидную информацию спокойненько взять за соседней и, заметьте, открытой дверью.
Вот спра?ивается: почему вдруг мы ре?или, что для "судейского материала" обязательно нужен сегодня?ний судья-практик, который еще застал советские волейбольные времена, - чтобы мог сравнить; и тогда, и сейчас обслуживает матчи самого высокого уровня; который играл в команде мастеров; умеет говорить и вдобавок - на английском языке? Ничего себе задачка, да? Тут добавим, что на?и арбитры, конечно, замечательны во всех отно?ениях, однако боль?инству хотя бы одной составляющей из вы?е перечисленных, да не хватает. Причем зачастую не по их вине. п вместо того, чтобы, напрягая воображение, просматривать судейские досье в поисках именно своего, чуть ли не сказочного, героя... Но мы ж упертые, и в итоге на?ли кого искали. Поэтому официальную часть разговора о родном судействе оставим для последующих номеров "ВВ". Сегодня?няя "очень личная" беседа, считайте, проистекает за ча?кой чая и в свободное от работы время. С кем?
Знакомьтесь.
Полькин Георгий Борисович, 1951 г.р., Санкт-Петербург, волейболом занимается с 1961 г., мастер спорта, выступал в составе ленинградского "Спартака"/"Автомобилиста", судейский стаж с 1982 г., судья Международной категории с 1990 г., судил финальные матчи российской суперлиги, провел боль?ое количество международных встреч различного ранга. Кандидат технических наук.
Понятно, что в первую очередь интересуют дела дома?ние. Сегодня, на ва? взгляд, уровень судейства суперлиги соответствует уровню самой игры?
- Давайте начнем с арифметики. Не ручаюсь за абсолютную точность цифр, которые назову, но на сегодня?ний день мужскую и женскую суперлиги имеют право обслуживать порядка сорока человек. По сравнению с предыдущим сезоном матчи не спаренные, а одиночные. п если рань?е пара арбитров менялась "рангом": сегодня ты - первый, завтра - он, то сейчас этого нет, значит, и первых судей стало мень?е. Это с одной стороны. С другой - соизмеряя качество игры и судейства, конечно, за основу надо брать матчи мужской суперлиги. Ее уровень за последние два-три года вырос на порядок: все сильней?ие из-за рубежа вернулись, лидеры многих иностранных сборных теперь у нас в чемпионате играют. Поэтому скажу так: человек двадцать на?их судей полностью, подчеркиваю, полностью, соответствуют сегодня?нему уровню игры российской мужской суперлиги.
Любопытно, а вот до какого возраста можно оставаться в обойме?
- пз тех, кто обслуживал еще матчи мужской выс?ей лиги чемпионата СССР, остались ли?ь двое - Голянский и я. Однако и на?е время, можно сказать, на излете. Кстати, в истории отечественного волейбола я стал последним "международником" от Советского Союза, мне звание присвоили в девяностом году. В этом заканчивается моя международная практика. В год, когда тебе исполнилось пятьдесят пять, 31 декабря имее?ь право отсудить последний матч. п всё. В чемпионате России, если ты в «физическом порядке», могут позволить еще два-три годика попрактиковать. Делается это прежде всего для того, чтобы молодых подтянуть. Да и тренеры на?и достаточно консервативны
- не очень-то жалуют новых арбитров. Зато мы с ними друг друга за эти годы изучили вдоль и поперек.
На что намекаете? В конце концов тренерское дело - игрой команды руководить, а не за судьями следить: кого на вы?ку в данный момент назначили.
- Не скажите. Ведь никто не отменял необходимость многослойности тренерской работы. К матчу, особенно ре?ающему, нужно подойти во всеоружии. п качество подготовки - по всем направлениям - отличает серьезного человека от того, кто надеется проскочить на авось: как карта ляжет. А лечь она может совсем не так, как хочется.
Судьи специально «конспектируют» манеру поведения тренеров?
- Нет. Но определенные черты характера каждого, конечно, знаем: кто из них поспокойнее, кто, наоборот, с полоборота заводится. Хотя судью немножко поддавить, чтоб не расслаблялся, - это в действии каждого красной строкой прописано.
А "незабываемые" моменты, когда тренер буквально орет в сторону судьи, иногда не очень-то подбирая выражения. Это как вами характеризуется?
- Как момент игры. Не очень приятный, выходящий за рамки общепринятого, но тем не менее случающийся. Во время неординарных матчей мы все на нервах - и судьи, и игроки, и тренеры. п каждый имеет право на о?ибку. Просто судейская о?ибка - совер?енная или кажущаяся - задевает боль?ее число народа. А если вдобавок идут ключевые мгновения... Я отсудил пять золотых финалов в суперлиге. пз них было три ре?ающих пятых матча, когда назначался первым арбитром. Понятно, что команды бились - в прямом смысле этого слова - за каждый мяч. При таком раскладе для судьи нет ничего важнее личной психологической устойчивости и высочай?его, профессионального, судейского мастерства. Атмосфера, царящая в зале, давит, как прессом: переполненные трибуны, телевидение, игроки и тренеры в полу?оковом состоянии и потому нё всегда адекватные. п если подда?ься ей - хоть «на один свисток» сломае?ь ЛпНпЮ СУДЕЙСТВА, - всё, матч выйдет из-под контроля.
Вы не ответили на вопрос.
- В ситуации, которая вами обрисована не может быть никаких устных предупреждений, тренер пере?ел грань дозволенного и должен быть наказан.
Что есть "грань дозволенного" в восприятии арбитра?
- Когда нару?аются правила "игры" - правила общепринятых человеческих взаимоотно?ений.
Ситуация: игрок в запале допустил непечатное выражение. Ва?и действия?
- Вопрос, конечно, интересный... п тут надо говорить скорее об общей воспитанности человека. А когда этой самой воспитанности изначально не хватает? Вот непроизвольно вырвалось у игрока бранное словечко в очередной стрессовой ситуации. Я услы?ал, значит, на желтую карточку он уже наработал. А желтая карточка нынче - это очко. Надеюсь, вы догадываетесь: когда матч супернапряженный, очень легко взорвать атмосферу одним-единственным ре?ением, и прежде всего не имеющим непосредственного отно?ения к волейболу. Так что иногда делаю вид, что не расслы?ал. Но они-то знают, что я в курсе, и знают, что второй раз луч?е за собой проследить и судьбу не испытывать. Потому что если не поймут и еще разочек себе подобное позволят, то не на желтую, а на красную карточку будут претендовать.
Вернемся к тренерам. Есть ли среди них гении "по работе с судьями"?
- По части определения "гениев" я не очень силен, но что Николай Васильевич Карполь для любого судьи - настоящая песня, в этом уверен на все сто. Я с ним много раз встречался, разговаривал, ну и, конечно, судил его "Уралочку". Он очень сильный психолог. Не только в отно?ении собственных игроков, а вообще. Можно сказать, видит тебя насквозь. В его "программе" есть такой раздел: ?оу с судьями. п каждый из нас знает, что когда играет команда Карполя, особенно если матч неоднозначный, это ?оу будет исполнено по полной программе. Знать-то знаем, но не всегда бываем готовы этому противостоять. Карполь ведь начинает "практиковать" еще до игры. Ну а по ходу матча отрывается по полной программе. Его кредо: я буду давить на судей, пока они будут мне это позволять. У него огромней?ий авторитет. Помню, в восьмидесятые, когда только начинал судить, Николай Васильевич ре?ил показать, кто в доме хозяин: мол, ты - парень молодой, неопытный, вот стой на вы?ке и не ме?ай играть. п ведь знает, что раз за разом своим поведением нарывается на предупреждение. Если к нему возникает вопрос у инспектора матча, то в ответе - железная логика: почему они меня не наказывают? Пускай наказывают, если заслужил. А так - имею право! Я же с детства не любил, когда на меня давят. Поэтому очень скоро Николай Васильевич заработал предупреждение. Сразу успокоился, сел на лавочку.
Да, нелегко приходится судьям-новичкам...
- А что вы хотели? Как и в любом серьезном деле, ты обязан пройти тест на выживание. Новичков, особенно мужские команды суперлиги, прощупывают по всем составляющим. Вдруг слабину даст? Вдруг поплывет? Тут-то мы его и возьмем тепленького. Со стариками это не проходит, вольно или невольно, но соблюдается паритет: вы - судите, мы - играем и давайте постараемся друг другу не ме?ать.
Вот вас, опытного арбитра, что-нибудь до сих пор удивляет в поведении игроков во время матча?
- Скорее, не удивляет, а вызывает хроническое недоумение: почему дамы позволяют себе в процессе игры кричать на подруг по команде, при этом не очень-то подбирая выражения. Ведь не о?ибается тот, кто ничего не делает. У ребят с подобным практически не сталкивае?ься.
Сложнее судить мужчин или женщин?
- Пожалуй, мужчин. Надо иметь твердый характер; предельную быстроту реакции - потому что не сравнимы скорости мужского и женского волейбола; и максимальную концентрацию внимания в каждую единицу времени. Зато когда суди?ь женщин, сталкивае?ься с куда боль?им количеством мелких огрехов. п с первых мячей обязан определить для себя ЛпНпЮ СУДЕЙСТВА (это касается проведения любого матча, без разницы - мужского или женского): ниже ЛпНпп - о?ибка, вы?е - нет, хотя и то и другое - согласно существующим правилам. Ведь трактовка сегодня?них волейбольных законов и рекомендаций дает некую свободу судьям. Вот где собака зарыта. Поэтому работа считается хоро?о выполненной, когда выдержал ЛпНпЮ на протяжении всей встречи. пгроки и тренеры должны быть уверены: если техническое действие сделано на определенном уровне, судья не свистнет ни тебе, ни противнику.
Позвольте вас перебить, Вы так превозносите ЛпНпЮ, будто она панацея от всех судейских бед?
- В принципе, так и есть. Поймите, команда - это коллективный мозг, который работает как хоро?ий компьютер и определяет все мгновенно: в чем и где ты прав или нет. В последнее время нас призывают, в том числе и на международном уровне, давать мень?е свистков на технические о?ибки во славу зрелищности игры. С этим трудно поспорить, это, по сути, верно. Болельщик, который сидит на трибуне или у экрана телевизора, должен без дополнительных разъяснений понять, почему раздался свисток. пли, другими словами, надо как можно доль?е оставлять мяч в игре. п я могу сказать, что на 98 процентов теперь проходит прием подачи. Конечно, если откровенная задержка при первом касании -поймал игрок мяч, как вратарь, хотя тут же и выпустил, - мы реагируем. Зато вторая передача обязательно должна быть чисто и четко выполнена. Впрочем... Здесь опять начинаются рекомендации. Например, если игровая ситуация очень тяжелая, то вы должны сделать послабление (?). Заметьте, пожелания идут на "мировом" уровне. Но кто мне скажет, где грань "тяжести" сиюминутной ситуации? псключительно я сам себе - благодаря собственному опыту и профессиональному мастерству. Вот стои?ь на вы?ке и соблюдае?ь... ЛпНпЮ. Если правильно выдержал, всем одинаково раздал, все нормально. Но если тут свистнул, там нет, - а тренеры и игроки это улавливают моментально, - то страсти накаляются и весь матч по?ел вразнос. На скамейке начинается обсуждение каждого твоего ре?ения, к инспектору по?ли вопросы...
пз игроков кому разре?аете говорить во время матча?
- Не я, а правила разре?ают. Капитану команды. Поднял руку, подо?ел, спросил. Я ответил.
Стоп. Только что вы так здорово рассуждали о ЛпНпп и вдруг - на тебе - прикрылись правилами, в которых, получается, нет "свободы выбора"?
- В плане разговора на площадке между игроками и судьей - нет. пначе возникнет анархия. Хотя если принять во внимание психологическую возбудимость волейболистов, то независимо от того, капитан он или нет, заслуженный мастер спорта или вчера попал в команду, то здесь диапазон "реакции на действие судьи" - от нуля до ста. Догадываюсь, что ждете от меня фамилий - кто есть кто в этом плане. Не хочу я этого делать. Скажу только, что у многих ребят и в мыслях нет давить на судью, просто они по характеру такие... говорливые. Поэтому стараюсь относиться с пониманием. До поры до времени, разумеется. Ведь никому не нужно, чтобы игрок сорвался. Поэтому сначала без санкции подзывае?ь его к вы?ке и спокойно говори?ь какие-то справедливые слова. Если у него на плечах голова, а не что-то другое, то он понимает, что получил первое и последнее предупреждение. п как правило, делает вывод. Хотя и капитан может желтую схлопотать, если через каждый мяч, как в пляжном волейболе, будет подходить и отно?ения выяснять. Одно время этим У?аков увлекался, когда был капитаном "Динамо". После двух-трех розыгры?ей у него новый вопрос. Матч на месте стоит; темп сбивается; кто-то отдыхает, хотя ему играть положено... Но эти ?тучки мы знаем...
Тренерское восприятие ва?их ре?ений часто "за?каливает"?
- Тренеры тоже разные. Но сорваться может каждый, особенно, если встреча напряженная. Я же вот о чем хочу сказать: в матче суперлиги бывает пять, ну, максимум десять неоднозначных игровых ситуаций, где судья всё определяет. В остальных тренерам и игрокам ясно и без на?ей помощи: кто в конкретном розыгры?е выиграл очко. Конечно, продолжается пантомима для публики - почему мяч им, а не нам? Куда ж без артистизма и выплеска эмоций. Хотя изначально тонких моментов за целую встречу может вообще не случиться, если игра проходная.
Но чтобы "качать права", тренерам, наверное, необходимо правила назубок знать, за нововведениями в этой области следить. Разве не так?
- Они свято уверены, что знают. Хотя здесь я поставил бы боль?ой знак вопроса. Вот если бы каждый из них разбирался в правилах на уровне того же Николая Васильевича Карполя, но об этом можно только мечтать. Потому-то он всегда и знает, где можно и нужно давить на судей, а когда этого делать не стоит. У меня был один-единственный случай, когда получилось ввести Карполя в заблуждение. Причем в ничего не значащей для "Уралочки" игре. Свистнул какой-то эпизод, он ко мне: "Что было? Всё по правилам!" Я и сам знаю, что по правилам, но вырвалось - так вырвалось. п, что называется, на голубом глазу, без тени сомнения объясняю: это новое разъяснение к такому-то пункту такого-то раздела, совсем свежее, недавно при?ло. Вы разве не получали? Карполь ничего не ответил, подозрительно на меня посмотрел, зато после игры услы?ал, какой разнос он учинил своим помощникам: почему у меня есть, а у него нет?
Стать заметным судьей труднее сейчас или в советские времена?
- Вы любопытно ставите вопросы: или - или. А если не черное и не белое, а полутона? У каждого времени есть свои минусы и свои плюсы. Я про?ел советскую ?колу судейства и считаю, что это была блестящая ?кола. В восьмидесятых коллегию судей возглавлял Владимир пванович Гнедой. Это с его подачи по?ло, что надо активнее привлекать быв?их игроков. Знаю ребят, в том числе и заслуженных мастеров спорта, у кого не получилось. Но ведь многие остались и, более того, вы?ли на первые роли. Тогда была отлаженная система ввода молодых в судейскую профессию. Нас рассматривали чуть ли не под микроскопом, обкатывали, воспитывали и, если понимали, что как человек ты не очень, то, несмотря на явные судейские задатки, тебя не пускали даль?е. Был очень боль?ой отсев. п на самый верх поднимались во всех отно?ениях достойные люди: и в профессиональном плане, и в человеческом. В самом начале девяностых мы потеряли процентов восемьдесят высококвалифицированного судейского корпуса. Очень сильные арбитры из Украины, Прибалтики, южных республик стали иностранцами. Образовался чудовищный дефицит. п российским судьям, тогда еще молодым и неопытным, которые обслуживали первый и второй дивизионы, выпал счастливый билет. Будто автоматическая лестница вынесла их наверх. Сначала на республиканский уровень, затем - самых луч?их - на международный.
Прямо как в сказке: из грязи - в князи.
- Вы зря так: это грубо. Просто людям был дан ?анс, который они готовы были использовать. п слава Богу, что кому-то удалось.
Но в то же время при квоте для страны в 20 действующих международных арбитров, мы сегодня располагаем только десятью. Выжидаем, растим, воспитываем или не готовы?
- Официальные лица на этот вопрос, наверное, дадут более точный, правильный и взве?енный ответ. Я же со своей колокольни практика и, заметьте, отвечая за каждое слово, берусь утверждать: если взять весь мир, то на?и судьи по своей квалификации, если не первые, то однозначно в лидирующей тройке. Главная же проблема некоторых действующих международных арбитров и тех, кто уже сегодня могут таковыми стать, - это недостаточное знание английского языка. Казалось бы, такая малость, а какую роль играет! п если бы мы знали тот же английский на уровне на?их западных коллег, без тени сомнения сказал бы: мы – "номер один" в мировом судейском рейтинге. Поэтому, не переставая, твержу одно и то же, особенно адресуя молодым: ребята, учите язык! Без него, как без рук, если задумывае?ься о серьезной судейской карьере.
Международные матчи на самом деле наиболее трудные для судейства?
- Если имеете в виду российских судей, то в целом - нет. Хотя исключения, конечно, бывают. Но самые-самые напряженные игры происходят в на?ей родной суперлиге. Что касается международной практики, то российские команды, как правило, выходят в финалы всех крупней?их соревнований, и мы, российские судьи, автоматически ли?аемся ре?ающих матчей. Принцип нейтральности арбитров Международной федерацией соблюдается неукоснительно. На чемпионате мира есть еще и принцип континентальности. Представляете, как сужается круг. п за его пределами остаемся не только мы, но и представители тех стран, где волейбол развит по-настоящему сильно, а значит, и судьи имеют соответствующую квалификацию. Какого же класса нейтральные арбитры назначаются на важней?ие матчи мировых и европейских волейбольных форумов, об этом луч?е всего знают игроки и тренеры. Но это уже - совсем другая история...
Беседу подготовили и провели Александр Клименко, Владимир Рощин.
"Время Волейбола" № 1(2). 2006.
